Говорят, если с близким случается беда, о ней приходит весть. Мне самой довелось это пережить.
Моя мать погибла в шестьдесят семь лет. Даже теперь, когда я вспоминаю об этом, горю нет конца. Дело было осенью. Мать наконец собралась в паломничество к храму Дзэнкодзи, о котором твердила много лет. Она ушла радостная, но после её ухода не было ни письма, ни известия. Конечно, мать не знала грамоты и сама написать не могла. Однако мы договорились, что на каждой стоянке она попросит кого-нибудь в гостинице написать за неё и отправить письмо. Я очень тревожилась. Ровно через семь дней после её ухода, среди ночи, муж растолкал меня: видимо, я сильно стонала во сне.
— Что с тобой? Ты такие странные звуки издавала. Плохой сон приснился?
Лишь услышав его голос, я поняла, что спала. Мне снилось, будто мать неожиданно вернулась и принялась вынимать из-за пазухи свечи и благовония: это, мол, подарки. Да не десять и не двадцать штук! Когда за пазухой ничего не осталось, она стала доставать их из одного рукава, потом из другого, а затем ещё и из узла в фуросики. Комната мигом заполнилась свечами и благовониями. Я не выдержала:
— Матушка, вы с ума сошли? Зачем накупили столько свечей и благовоний? Куда нам всё это девать?
А она спокойно ответила:
— Ничего, станешь зажигать каждый день — быстро кончатся.
И пока я стояла в недоумении, она опять собралась куда-то уходить. Я поспешила остановить её, а она улыбнулась:
— Не беспокойся. Я побывала в очень хорошем месте. Теперь мне надо туда вернуться.
Она выглядела такой счастливой! Мать всегда была молчалива и угрюма, редко улыбалась; оттого её радость показалась мне даже жуткой. Подозревая неладное, я всё настойчивее удерживала её, а она всё рвалась уйти. Мы спорили, когда муж меня разбудил. Выслушав, он засмеялся:
— Да это ты слишком беспокоишься о матери, вот и видишь такие сны.
Но я никак не могла успокоиться. А вдруг с нею действительно случилась беда? При этой мысли сон совсем пропал. Тут со стороны комнаты с буддийским алтарём тонко звякнул колокольчик. Меня передёрнуло, и я невольно вцепилась в мужа. А он уже снова уснул.
До утра я так и не сомкнула глаз. В обычный час встала и пошла открывать наружные ставни. В передней меня ждало ещё одно потрясение: подпорка, которой я на ночь надёжно заложила дверь, оказалась снята. Мне стало совсем не по себе. Но мужу предстояло идти на службу, и я решила не тревожить его странными рассказами. Как ни в чём не бывало помогла ему одеться. Когда подавала пальто, мне послышалось, что кто-то пришёл. Рядом стояла наша дочка, которой тогда было четыре года.
— Кажется, гость пришёл. Сходи погляди.
Девочка побежала к входу. Скоро вернулась и посмотрела на меня с каким-то необычным выражением.
— Что такое? Там никого нет? — спросила я.
Она подняла руки к груди, бессильно свесила кисти и сказала:
— Привиде-е-ние.
Меня охватил необъяснимый ужас.
— Что ты такое говоришь! — крикнула я.
Видимо, крик был очень резким: девочка заплакала. Муж стал меня бранить, я тоже разрыдалась; вышла неприятная сцена. Но слова дочери не давали мне покоя. Когда муж ушёл на работу, я отправилась к гадателю по Книге перемен.
— Ошибки быть не может. Знак показывает движение, значит, она жива, — сказали мне.
Этого было мало, чтобы я успокоилась. Я обошла ещё три или четыре гадательных дома. Везде выпало примерно то же самое, и наконец я с некоторым облегчением вернулась домой.
Прошла ещё неделя. В местной газете появилось сообщение: из реки извлекли тело неизвестной утонувшей женщины. Я немедленно поехала туда. Это оказалась моя мать. По дороге она шла по дамбе вдоль одной реки, оступилась, упала в воду и утонула. Уже много позже мне сказали: движение, которое показывало гадание, означало, что её тело плыло по течению.
Рассказ одной женщины.
